На минувшей неделе в Петербурге всерьез думали о топонимике. 1 февраля администрация Фрунзенского района предложила жителям самостоятельно придумать и предложить свои варианты названий для различных участков, находящихся на территории района. В частности, им предлагается назвать скверы, которые до сих пор не имеют никаких имен.

Акция - своеобразный ответ на инициативу ряда жителей. Кто высказал свои пожелания дать имя президента Медведева скверу, который еще не успели застроить, кто хочет назвать перспективные станции Фрунзенского радиуса не так, как это планирует сделать руководство метро.

Напомню, что ГУП «Петербургский метрополитен» предлагает назвать станции, которые обещают ввести в строй в 2012 году, «Бухарестской» и «Международной». А жители других районов хотят вернуть в петербургские названия  имя Сталина. Роман Перл выслушал мнения «за» и «против».

Екатерина Яковлевна хорошо помнит, как свой район называла псевдонимом отца всех народов. Другая была реальность. И вообще, говорит она, наверное Сталин был не таким плохим, как сейчас говорят. Словосочетание Сталинский район записано и в свидетельстве о рождении сына Виктора. Для него это, можно сказать, повод для гордости.

Виктор Зенько, рожденный в Сталинском районе:
«Коренные ленинградцы, даже блокадники, не знают, где находился Сталинский район. Когда говоришь, что это Выборгский, то все удивленно реагируют. Это даже интересно, что я родился в Сталинском районе».

В начале пятидесятых в Ленинграде было немало напоминаний об Иосифе Джугашвили: пять памятников, Сталинградский проспект, который заканчивался у проспекта Сталина - теперь это Лиговский и Московский. И район. Исторически - Выборгская сторона. Почти вся правобережная часть города. Отсюда начиналась дорога на Выборг. Зимой 1952 года район был переименован в Сталинский.

Алексей Ерофеев, историк, член Топонимической комиссии:
«Этот район непосредственно связан с пребыванием Сталина в Петрограде. Там он встречался с Лениным, точнее познакомился с Лениным. Может быть, решающим было именно это. Домик рабочего Кокка, Айвас, находился на территории нынешней Светлановской площади».

Отдельные коммунисты говорят о возвращении имени вождя в название этой части города. И встречают даже некоторую поддержку среди горожан, особенно старшего поколения. Для тех, кто помоложе, фраза Сталинский район Санкт-Петербурга звучит так необычно, что, почему бы и нет. А чтоб никто не обижался, название можно сделать смешанным.

Сергей Малинкович, лидер организации «Коммунисты Петербурга и Ленинградской области»:
«Люди пусть выбирают. В документах будет по желанию, где Выборгский, а  где Сталинский. Во всяком случае, во всех путеводителях должно быть два названия. Потому что Сталин популярен. Народ его простил».

В Топонимической Комиссии резко против. В общем-то Сталин бывал и в других частях города. А в 52-м приняли политизированное решение. Сейчас оно уж точно нецелесообразно. Историки, напротив, предлагают убрать старых большевиков из центра Петербурга. Вместо Куйбышева — Большая Дворянская, вместо Чапаева — Большая Вульфова. Историческая справедливость.

Валерия Давыдова, ответственный секретарь Топонимической комиссии:
«Юное поколение читает: «декабристы вышли на площадь Декабристов». Это просто не способствует историческому воспитанию. Понятно, когда декабристы вышли на Сенатскую площадь. И сейчас это точно также как описано».

А вот Маленкович называет Топонимическую комиссию обществом по разжиганию социальной розни. И предлагает сделку. Он не будет говорить о переименовании Выборгского района в Сталинский. Взамен — руки прочь от Куйбышева и Чапаева. Все равно Смольный не подпишет.

По скорости исполнения, городские власти даже рядом не стояли с пулеметчиками. Это правда. Враги Малинковича из Топонимической Комиссии и те признают, что чиновники пуще красных препятствуют возвращению исторических названий.

Андрей Рыжков, член Топонимической комиссии:
«Рабочий цикл от первичного обращения застройщика до постановления правительства СПб может составлять 8 месяцев и даже больше. Из которых шесть месяцев находятся в промежутке между решением ТК и выходом непосредственно постановления».

Вот это «даже больше» может порой растягиваться до бесконечности. Дело в том, что переименование улицы — это перекраивание карт, изменение адресов… Огромная бумажная работа, которую необходимо провести уже после самого переименования. Заниматься этой работой петербургской бюрократии лень.

Валерия Давыдова, ответственный секретарь Топонимической комиссии:
«Им не хочется. Они достаточно открыто об этом заявляют. Они не видят свою работу в перспективе, не чувствуют, что прикасаются к истории».

Так что самые верные союзники коммуниста Малинковича сидят именно в районных администрациях. Историки говорят – это именно лень. Материальные затраты здесь минимальны.

Отпечатать надпись. Вырезать форму носителя.  Обезжирить поверность. Наклеить надпись на носитель. Прогладить. Снять пленку и  - вуаля!

Александр Сендерович, коммерческий директор компании-производителя домовых знаков:
«Полный процесс – не более двух недель. Поскольку партию изготовить чуть дольше, чем единичное изделие. При нынешней автоматизации на рекламных производствах – не более двух недель.

И полмиллиона рублей максимум. Это для очень большого проспекта. И если бы все шло, как по маслу, кроме уже упомянутых, мы бы имели Архиерейскую вместо Льва Толстого. Малую Дворянскую и Малую Вульфову вместо Мичуринской и Котовского. А также десяток Рождественских вместо Советских.

Кирилл Шрайбер, автор идеи о переименовании:
«В Питере есть много улиц с совершенно непонятными названиями. Есть улицы Латышских стрелков. Кто-нибудь знает, что такое латышские стрелки? Правильно было бы ее назвать улицей безжалостных убийц. Потому что ничем другим они не замечательны».

Кирилл Шрайбер известен, кроме борьбы с теорией Дарвина, еще и борьбой с проспектом Энгельса. Он Малинкович наоборот. Предлагает убрать с карты города абстрактные советские названия.

Впрочем, члены Топонимической Комиссии часто жалуются — названия для новых улиц предлагают слишком простые. Обычно это Цветочная или Ягодная. Если процесс поручить креативной группе в составе Кирилла Шрайбера и Сергея Малинковича, на окраинах наверняка стало бы гораздо интереснее.