«Последние Известия» продолжают подводить итоги 2010 в номинации «Человек года». Кстати, без снежных завалов и здесь не обошлось. Сегодня в выпуске 9-е место нашего рейтинга. Человек, имя которого многие телезрители услышат впервые.

На девятом месте рейтинга «Последних известий», безусловно первый номер на литературной карте Петербурга 2010. Недавний студент филфака, скромный худой юноша в толстых очках. Вадим Левенталь за год сделал больше, чем многие книжные корифеи вместе взятые.

Сергей Носов, писатель:

«Он ворвался внезапно на нашу литературную сцену и заявил о себе достаточно ярко. Просто пришлось считаться с тем, что он есть. С его голосом».

Он придумал «Литературную матрицу» – самую обсуждаемую и часто цитируемую книгу года. Такого масштаба переплеты не скрепляли давно. Без малого сорок современных писателей рассказали о без малого сорока классиках. Носов о Достоевском, Мякишев о Заболоцком, Быков о Горьком. Найти, уговорить, отредактировать и издать их всех смог только один человек. Собственно Левенталь. 

Павел Крусанов, писатель, составитель сборника «Литературная матрица»:

«Друзья мои, если вот всем молодым людям не мешать, а помогать реализовывать свои таланты и способности, то мы получим страну с другим лицом, и лицо это будет нам приятно, мы будем им гордиться».

Он с самого начала был не похож на других студентов. О многом говорит название дипломной работы: «Тема инфернального в современной петербургской прозе». Будучи преподавателем, Левенталя можно было либо любить, либо гнать из аудитории.

Светлана Друговейко-Должанская, преподаватель Филологического факультета СПбГУ:

"Студенты писали контрольную, и потом когда я их раздавала, на их вопросы: «Ну как?» сказала довольно банальную фразу: «Кто-то лучше, кто-то хуже, но в целом по больнице температура нормальная». Вадим стал так хохотать, что ему пришлось выкатиться в коридор, чтобы там закончить эмоциональную реакцию на мои фразу, и я сразу поняла, что этот человек совершенно мой».

Кроме «Литературной Матрицы», в этом году он буквально с нуля создал поэтическую премию имени Геннадия Григорьева, смело отдав первенство москвичу Емелину. Вот кстати и он.

Вадим Левенталь: 

« Это не локальная петербургская, это международная премия. Премия с петербургским духом, потому что Григорьев был для Петербурга духом, и тем не менее, нам сразу удалось расширить географию, присудив ее Всеволоду Емелину – московскому поэту».

На пару с Белинским нашего времени, Виктором Топоровым организовывал премию «Нацбест», открывшую в народном художнике Эдуарде Кочергине писателя.

Эдуард Кочергин, художник БДТ, лауреат премии «Нацбест»:

«У меня такое ощущение, что я здесь всех обманул».

В общем, всеми силами возвращал некогда культурной столице, некогда самой читающей стране в мире, эти звания.

Вадим Левенталь:

«Совершенно очевидно, что это бесполезно и с точки зрения удовольствия, это тоже. Мороженное вкуснее поесть. Читать нужно, чтобы что-то в этом мире понять. Чтение помогает нам понять об устройстве этого мира, о себе. Совершенно необходимый механизм, чтобы прожить эту жизнь с осознанием того, что ты здесь делаешь».

То, что его имя неизвестно большинству петербуржцев, это диагноз именно большинству. Впрочем, Левенталь горожан прекрасно понимает. В конце-концов во время очередного похода из дома на работу или обратно, он тоже не всегда думает о литературе.

Вадим Левенталь:

«Если говорить о главном петербургском событии, то совершенно очевидно, что оно вокруг нас. Губернатора не выбираем, но власти не справляются. Вокруг нас главное событие года. Я только что вернулся из Перми, из Тюмени, снега там не меньше, там все интересуются «Литературной матрицей» и очень хорошо убран город».