В новом сезоне «Итоги недели с Андреем Радиным» открывают новую рубрику. Они называются одинаково, но они ничем не похожи. Речь об улицах в Петербурге и Ленинградской области. Сегодня первая серия, и история двух разных Садовых. В центре города и в поселке Сухое Прессование. 

Cадовая улица. Самый центр Петербурга. В разное время была Большой, Малой Садовой, Покровской, Широкой и улицей 3 июля. Нынешнее название получила 16 апреля 1887. Тогда, в XIX веке здесь жили русские аристократы. Строили усадьбы и дворцы. С тех пор она всегда была дорогой высшего общества. Бутики, особняки, универмаг Гостиный двор, Михайловский замок. В 90-х годах прошлого века Садовая становится эпицентром клубного движения Петербурга, с клубами не для всех. На смену аристократам пришла золотая молодежь. Анна Чурикова как раз такая, молодая и золотая.

Анна Чурикова, посетитель ночного клуба на Садовой улице:

«Хорошая кухня и хорошая атмосфера и музыка. Для меня Садовая прежде всего ассоциируется с этим заведением. Оно полностью отвечает моим потребностям».

Найти человека, чьим потребностям бы отвечала эта Садовая, куда тяжелее. Поселок Сухое Прессование. В 1985 здесь собирались строить целый микрорайон, для чего и снесли одну сторону улицы. Строить ничего не стали, а четных домов на ней по-прежнему нет. Антонина Дубоусова – наследница тех Дубоусовых, которых сюда сослал еще Петр I, осваивать новые территории.

Екатерина Цой, старший менеджер в ночном клубе:

«Это дорогой очень мрамор. Настоящий. У нас дизайнер Юно Мигре. У нее своя дизайнерская студия, все, что здесь создано, это ее идеи». Некоторые кресла искусственно состаренные, а некоторые и есть антиквариат. Люстры все у нас антиквариат. А софиты над баром – это софиты начала XX века, привезенные из Нового Русского театра".

Антонина Дубоусова, жительница ул. Садовой в поселке Сухое Прессование:

«Материал из леса. Заготавливали бревенчатый лес. Сами. Вот сарай. Как я выбирала ковры? Свои перерезала. У меня же помещение – полдома».

Антонина Дубоусова живет с правнучкой. Правнучку нагуляла внучка, оставила и уехала в Белоруссию. Тот, с кем нагуляла, 9 дней назад умер от отравления. Сын погиб на заводе. Пенсия девять тысяч. Три откладывает на будущее трехлетней Даши. Остается шесть. Девочка ходит в садик.

Андрей Смирнов, бармен в ночном клубе на Садовой улице:

«На сколько здесь можно выпить? Сумма, в принципе, невелика, порядка 2000 на человека».

Пенсия Антонины Дубоусовой здесь – средний счет. Можно, конечно, уложиться и в меньшую сумму. Если, например, заказать эклер.

Екатерина Цой, старший менеджер в ночном клубе:

«Эклеры любят все, и многие девушки говорят, что приходят только ради эклеров».

В выходные клуб забит под завязку. В Сухое Прессование гости приезжают редко. В основном, наоборот. Местные уезжают и не возвращаются.

Недавно у Даши порвались сандалики. Прабабушка сначала зашила, не помогло, потом подрезала старые. В конце-концов пришлось ехать в Тосно за новой обувью. Искала подешевле да покрасивее. Отдала 500 рублей. Недалеко от этого клуба – главный универмаг города.

Сейчас ребенка хотят отдать в детский дом. Бабушка просит опекунства, но могут отказать, потому что по возрасту уже не подходит. Девочка растет каждый день. А она каждый день стареет.

Антонина Дубоусова:

«Хочу, чтобы она хоть из моей семьи была человеком. Грамотным, чтобы было у нее все. Хочу оформить опекунство, чтобы деньги класть ей на книжку. Чтобы она выросла, и было, с чего начать».

В ночной клуб заходят новые посетители. Они молоды. Они модные. Им есть, с чего начать. Они и начинают. Закончат под утро.