На минувшей неделе страсти кипели вокруг особняка Юргенса на улице Жуковского. Активисты «Живого города» одиночными пикетами вступились за дом, построенный в 1865 году. Сейчас он признан аварийным и может быть снесен. Объект не охранятется КГИОП , он выкуплен инвестором. И собственностью уже можно распоряжаться по своему усмотрению. О том, как живет хозяин-барин в Риге, где дома вернули прежним владельцам, знает Мария Чайковская.

Этот дом без дверей такой единственный дом в самом престижном районе города. Он самый скандальный, потому что хозяин на 800-летие Риги снял двери на реставрацию и до сих пор не поставил. А прошло 10 лет….

Без дверей, без батарей и 20 лет без ремонта – таким стал дом, обретя своего законного наследника.

Коммуналку расселяли ни один месяц, ремонт делали не один год – а теперь даже продать не могут: восьмикомнатная квартира уже не их собственность. Впрочем, за 16 лет две соседки, две Натальи со своим хозяином войной и миром пришли к негласному соглашению: он не следит за состоянием дома, они не платят арендную плату. Случай в Риге крайне редкий.

Наталья Барге, житель денационализированного дома:

«У меня с ним нет никаких договоров. Я понимаю, что ему государство отдало, он меня может выселять только за то, что я перестала ему платить, а я ему платила дольше всех из этого дома. Но как только он подаст на меня в суд, я, например, подам на него, что он у меня брал деньги безосновательно все эти 10 лет. Я платила в подворотни, без всяких бумаг. У меня все есть, то, что он печатал на ксероксе и ставил свою печать».

В начале 90-х годов под лозунгом «Восстановление исторической справедливости» 10 тысяч латвийских домов, отобранных советскими властями, решили вернуть законным владельцам. Наследником признавали даже самого дальнего родственника. Кстати, по желанию, вместо здания хозяин мог потребовать от государства денежную компенсацию. Ведь к дому он получал еще и коренных жителей. В нагрузку.

Дмитрий Трофимов, президент Латвийской ассоциации домовладельцев:

«Выселялись люди, имеющие очень большие долги по квартплате и не изъявлявшие желание их платить. А о том, что выселены многие тысячи, и они оказались на улице...Вы видели на улице многие тысячи людей? Может, вы видели в Риге палатки?».

Дмитрий Трофимов не наследник, а ответственный домовладелец. Часть доходного дома ему просто подарили. Из старых жильцов он оставил самых платежеответственных, остальных выселил и не скрывает этого. Ведь столетнее здание надо содержать, менять коммуникации, ремонтировать подъезды – а до 2007 года хозяин даже арендную плату не имел право повысить, ее потолок устанавливало государство. При этом домовладельцев оно от риска разорения не страховало.

Дмитрий Трофимов, президент Латвийской ассоциации домовладельцев:

«Функцию социальной защиты должно выполнять государство, а не мы, и возлагать на плечи частного бизнеса такую обузу государство не имело право».

Сергей Долгополов, председатель комитета рижской думы по вопросам городского развития:

«Арендатор должен предоставить минимальный комплекс услуг, он не может отключить холодную воду, канализацию в квартире. Отключения незаконны».

Хозяин-барин – из-за нередкого самопроизвола в Латвии в судах рассматриваются сотни дел, которые длятся годами. Живой пример – пенсионерка Валентина Карпова: 7 лет пожилая женщина жила без света, а домовладелец находил разные предлоги. За это время из прежних жильцов в доме «выжило» всего трое.

Валентина Карпова, житель денационализированного дома:

«Я создала домовой комитет. Разработала программу борьбы, потому что мы начали бороться с хозяином. Он нам запрещал всякие встречи, не пускал в наш дом никого».

Юрий Седышев с Валентиной Карповой не знаком, но история схожа. Только в борьбе он проиграл. Теперь бездомный. А все из-за того, что решил проверить соответствие коммунальных платежей, которые выставлял ему хозяин.

Юрий Седышев, выселенный:

«Неправильно выставлен был земельный налог, неправильно было выставлено за электроэнергию, много арифметических ошибок».

По распоряжению суда Юрий был выселен из квартиры, в которой прожил всю жизнь. Единственный выход – встать в очередь на социальное жилье. Вместо прежних 120 квадратных метров ему полагаются 30. Но и эти, уверяет еще одна его коллега по несчастью, Елизавета Лопаткина, не так просто получить. Ее пенсия сейчас практически равна хозяйским коммунальным сборам. А в квартиру для малоимущих переехать не может.

Елизавета Лопаткина, ветеран ВОВ:

«В очереди я стою уже 7 лет, и она и почти не двигается. Даже одно время отодвигалась. Была 2500, потом 2600».

В результате денационализации 220 тысяч человек – это 3% населения Латвии – из государственных квартир перешли в частные доходные. Кто прижился, кто до сих пор в судебных тяжбах – каждый случай индивидуален. Однако, спустя 20 лет по официальной статистике 7 тысяч человек – фактически бездомные. Они стоят в очереди на муниципальное жилье. И арифметика «исторической справедливости» продолжает жить и изменяться.

Наталья Елкина, сопредседатель латвийской ассоциации жильцов денационализированных домов:

«Эти дома перепродаются, вместе с жильцами, их приобретают новые хозяева. Новые хозяева выставляют новые условия. Речь идет не о восстановлении исторической справедливости. Фактически идет спекуляция на недвижимости».