На минувшей неделе урожай культурных событий выше среднестатистического. Каждый день по премьере или шедевральному концерту, а в иные – сразу несколько.

Например, премьера в театре Додина, уникальный концерт клавесиниста Густава Леонхардта, визит американского тенора Нила Шикоффа, старт Чеховского театрального фестиваля. Между Михайловским театром, филармонией и Александринкой разрывалась Ольга Комок.

Глаза у подкованных граждан на этой неделе отчаянно разбегались. Вот, например: в один и тот же вечер в Малом драматическом театре, который все зовут просто театром Додина, шла уникальная премьера – кукольная «Золушка» для детей; в филармонии играл великий голландский клавесинист Густав Леонхардт, а в Михайловском театре пел знаменитый американский тенор Нил Шикофф.

Да тут не глаза, тут ноги разбегаться должны. Ведь клонировать человека даже ради удовлетворения его культурных потребностей пока запрещено.

Что было делать – я и разбежалась. Побывала и в Михайловском, и на блестящем концерте господина Леонхардта. Кстати, именно из-за него многие старинную музыку теперь любят больше «обыкновенной классической», такой вот гений, отец-основатель целого направления в искусстве.

Впрочем, тенор Нил Шикофф тоже не лыком шит – он из тех, кто, несмотря на полновластие так называемых «трех теноров» – Доминго, Паваротти и Каррераса – сумел выстроить замечательную карьеру и, в общем-то, с ними сравнился.

У нас Нил Шикофф выступал в роли Элеазара в новой михайловской постановке оперы «Иудейка», той самой, чью премьеру сорвал звонок телефонного террориста, помните? Историю о том, как иудеев преследуют христиане, еврей-ювелир Элеазар и его дочь гибнут, напоследок Элеазар хорошенько мстит врагам, – эту историю режиссер Арно Бернар не просто перенес в протонацистские 30-е. Он заставил всех героев хорошенько подраться и побегать.

Роль Элеазара господину Шикоффу очень хорошо знакома. Да и осовремененные интерпретации оперы тоже – в 2003 году в Вене он блистал не меньше, чем в Михайловском театре, правда, бегать в статичной постановке ему приходилось меньше.

По большому счету, дело тут не только в еврейских корнях. Нил Шикофф, конечно, замечательно поет, но долгие годы театры побаивались его приглашать, уж очень славен был своим нервным нравом и чрезмерно глубоким вхождением в роль.

Ага, то на сцену откажется выйти ни с того ни с сего, то зарыдает прямо во время спектакля, то по настоящему пырнет ножом партнершу-Кармен. Только выучив партию Элеазара, он смог избавиться от неуравновешенности – в ней он примирился с памятью об отце, синагогальном канторе. И теперь всегда использует его молитвенные реликвии на сцене.

Этот спектакль «Иудейки» был посвящен всем жертвам Холокоста и вообще 2-й Мировой войны. Очень правильно. Повезло подкованным петербуржцам, что не надо было еще больше разбегаться: конкурент Михайловского театра, московский театральный фестиваль имени Чехова, активизировался днем позже.

Вообще-то, Чеховский фестиваль – бренд в Москве и России исключительно раскрученный. В Петербург свою программу из лучших западных спектаклей последнего года фест привез впервые. В планах – прокатывать 6 спектаклей, каждый по 2-4 дня подряд на разных площадках вплоть до октября.

Половина из спектаклей – в честь 150-летия со дня рождения Чехова, половина притянута за уши другой госпрограммы, Года Франции в России. Амбициозно, но судя по пустым креслам на первой премьере фестиваля в Александринском театре, может быть опасно. Билеты на спектакли не по-петербургски дороги.

Первой ласточкой чеховского фестиваля в Петербурге стала постановка парижского театра де ля Вилль по пьесе 30-х годов «Казимир и Каролина». Обещалось много интересного.

Эмманюэль Демарси-Мота, режиссер:

«Вся пьеса – это история одного любовного разрыва на фоне финансового кризиса. Казимир потерял работу, его девушка Каролина стремится к лучшей жизни, шансов у этой пары нет. Вокруг – ярмарка, октоберфест в Мюнхене. Коммерческий директор пьет с портным, рабочие празднуют вместе с министрами. В результате на сцене постоянно все 18 актеров труппы, летучие острые диалоги, монтаж – как в кино».

На деле получилось нечто странное. Сценография и музыкальное оформление отличные, все катается, стучит, жужжит, прямо цирк, а не театр. А вот актеры... Во-первых, когда кто-то действует, все остальные члены труппы замирают. Во-вторых, якобы реалистические ужимки молодежи в одежонке образца 80-х никак не вяжутся с их же неестественной декламацией. А уж Каролина и вовсе оказалась способна стоять лишь в одной позе и говорить одним и тем же истерическим голосом.

Но, правда, смотреть все равно интересно. Полагаю, еще интересней будет смотреть остальные 5 спектаклей нынешнего Чеховского фестиваля. Главное, пристально следить за афишами и надеяться на то, что впредь так разрываться между театрами и концертами не придется.

Придется, придется. Вон вчера – опять двадцать пять: новый «Севастопольский вальс» ко дню Победы показывали в театре музкомедии, и тут же кинофорум ко дню Победы открывался.

Ничего-ничего. Много – не мало. Еще пожалеем об этом культурном буйстве, когда у нас начнется мертвый сезон. До лета ведь не так много времени осталось – успеть бы накормиться впечатлениями.