Петербург готовится к масштабной приватизации: до конца года на торги собираются выставить 12 зданий. Среди самых известных, например, Круглый рынок на набережной Мойки, дворец Михаила Михайловича на Адмиралтейской набережной. И дом с маврами, дворец Кочубея, на Конногвардейском бульваре. Кстати, его собираются продать уже в ближайшую среду.
Приватизацией город надеется убить 2 зайцев: найти деньги на реконструкцию памятников и пополнить бюджет. Впрочем, продают зачастую те здания, которые в реставрации и вовсе не нуждаются.
Самое знаменитое из тех зданий, которые выставят на торги в ближайшее время – гостиница «Астория». И наименее проблемное, здесь уж точно никто ничего менять не будет. Такой бренд в перепрофилировании не нуждается. То, как памятник будет использоваться в дальнейшем – одна из основных проблем. Сложно найти золотую середину, чтобы и инвестору было выгодно, и памятник не пострадал.
Никольский рынок – уже давно не рынок и, судя по всему, торговать здесь больше не будут. Памятник перепрофилируют под гостиницу, скорее всего, та же компания, которая и сейчас арендует здание. В том, что так можно менять функциональное назначение памятника, иногда сомневаются даже чиновники. Впрочем, в данном случае спорить не о чем – здание уже сдано в долгосрочную аренду компании Андрея Якунина, сына главы Российских железных дорог. И даже реконструкция начата за его счет.
Финский, Харчевный, Круглый рынок. На протяжении почти трех веков здесь, на набережной Мойки, торговали. Сохранился даже специальный спуск к воде, сюда доставляли товары. На рынок ходили Пушкины, наверное, и многие другие известные семьи, все-таки, центр города. Скорее всего, купить здесь ничего больше не удастся. Разве что, зафрахтовать судно. Покупатель здесь тоже известен – госкомпания «Совкомфлот». И она тоже уже ведет реконструкцию. В большинстве случаев так и получается, памятники покупают арендаторы.
Малый гостиный двор в конце XVIII века построил Джакомо Кваренги. Раньше здесь продавали мебель. Вокруг ходили зазывалы. Теперь бродят туристы. Это – один из центров ночной жизни Петербурга. Кафе, клубы, рестораны и, скорее всего, они в здании и останутся. А вот трещины и грязь со стен должны исчезнуть. Хотя пока кажется, что новый владелец с реставрацией не спешит. Представители собственника говорят, что только оформление документов на реконструкцию занимает минимум год. Кроме того, пришлось потратить крупную сумму на его покупку. По сути, дважды.
Наталья Макушева, коммерческий директор агентства недвижимости:
«Участие в аукционе по Малому Гостиному двору было вынужденным. Цена для третьих лиц, наверное, была интересна. Но мы помним об арендной плате, которую заплатили в 97-ом году. Она была авансирована на 49 лет».
Продавать было бы выгоднее те здания, которые пока не находятся в аренде, ведь иначе остается только один покупатель – сам арендатор. Зато этот владелец более надежен, говорят чиновники. Вопрос в том, что для города важнее.
Николай Вечер, директор филиала международной компании-консультанта в сфере недвижимости:
«Вообще, город не должен с моей точки зрения быть игроком на рынке коммерческой недвижимости. Задачи у города иные. В том числе в отношении исторических зданий. Надо стремиться к тому, чтобы город имел привлекательный вид».
Дмитрий Куракин, председатель Комитета по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга:
«Перед органами государственной власти Санкт-Петербурга по-прежнему стоит задача пополнения бюджета и выполнения всех обязательств. Приватизация – это ежегодная статья доходов Санкт-Петербурга. И даже в этот экономически сложный период город выполняет все стоящие перед ним задачи и социальные обязательства».
Вера Дементьева, председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры:
«Другие страны отдают памятники за условную цену, лишь бы все было в порядке. Тут еще много нам предстоит делать. Государство должно уйти из этой сферы только тогда, когда льготы станут избыточными».
Специалисты говорят, что передача таких зданий в частные руки – нормальный процесс. Однако в первую очередь власти все же должны найти собственника, который проследит за состоянием памятника. А значит, ему необходимо помогать. И в то же время следить, чтобы ни одно охранное обязательство не было нарушено.
Маргарита Штиглиц, заместитель председателя санкт-петербургского отделения ВООПИК:
«Одними воспитательными мерами, обременениями ничего не достигнешь. Нужны льготные условия для владельцев памятника. Нужно прописать такие льготные и штрафные санкции, у нас нет механизма изъятия памятника у владельца, который им плохо пользуется».
Это здание – пример того, как собственники не могут договориться с чиновниками. Комитет по охране памятников подал на компанию в суд за то, что та затягивает реконструкцию. Владельцы готовят документы, доказывающие, что провести ее быстрее нельзя. В результате, когда же начнется реставрация дома Пропера, в котором умер архитектор Стасов, неизвестно.
Председатель Комитета по охране памятников говорит, что механизм борьбы с нерадивым собственником несовершенен. Более того, Вера Дементьева не исключает, что здание в результате останется у нынешних владельцев. Проблема в том, что реставрация таких памятников, которые находятся в аварийном состоянии, должна идти вне зависимости от всех этих споров.
Вера Дементьева, председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры:
«Чтоб мы не вели полуторагодичный процесс, судебное производство всегда длительное. Чтобы в это время КГИОП обладал соответствующим бюджетом и мог бы выйти на объект с противоаварийными работами».
Знаменитый «Дом с маврами» в середине XIX века вызвал фурор в Петербурге. Кстати, именно благодаря своей ограде. Князь Михаил Кочубей был известен, как ценитель искусства. И пригласил модного архитектора Геральда Боссе. Он и украсил ограду теми самыми маврами. За судьбу которых, видимо, можно не беспокоиться – это, все же, памятник федерального значения. И даже владелец, который должен определиться уже в ближайшую среду.
Большинство таких торгов проходят без ажиотажа. И участники – несколько крупных компаний. Своеобразный пул приватизаторов памятников. И дело не только в том, что они уже арендуют такие памятники. Специалисты говорят, что зачастую к таким компаниям обращаются и другие инвесторы, чтобы те просто представляли их интересы на торгах.
Леонид Сандалов, заместитель директора агентства недвижимости:
«Есть очень много скрытых подводных течений и административный ресурс. Есть много способов осложнить жизнь компании, которая не устраивает город».
Дворец Михаила Михайловича – настоящая романтическая история в камне. Он никогда так и не был дворцом, великого князя выслали из России вскоре после постройки здания в конце XIX века. Михаил Михайлович Романов женился на Софии Меренберг – она была ему не ровней. Потом великий князь даже написал роман в защиту брака по любви. Здание же с тех пор так и не нашло себе пары. То есть, хозяина.
Теперь многие такие здания, наконец, найдут владельца. Правда, дворцами, скорее всего, так и не станут. Скорее, гостиницами и торговыми центрами. Главное, чтобы памятникам это пошло на пользу. А гарантировать этого, к сожалению, нельзя. Ни помощь добросовестному инвестору, ни наказание недобросовестному, ни один из этих механизмов четко не прописан.
