Падающие от ветра щиты, заваленные снегом дворы, скользкая от ливня дорога. Петербург до сих пор не готов к капризам погоды. Мало кто из застройщиков для реконструкции своих объектов закупает новые строительные леса, еще меньше их правильно крепят. Ветер, снег и даже проезжающий транспорт легко могут спровоцировать их обрушение.
Николай Ватин, д.т.н., профессор Санкт-Петербургского государственного политехнического университета:
«Сейчас в эпоху кризиса есть подрядчики, которые покупают некачественные строительные леса, тем ставят под угрозу и себя, и своих рабочих, и тех людей, которые в этот момент могут переходить улицу».
Строительные леса – не единственное, что может упасть на головы петербуржцев. Рекламные проспекты, растяжки и даже большие информационные буквы на крыше высоток: в дождливую непогоду они легко становятся источниками повышенной опасности. Причем, чем выше реклама от уровня земли расположена, тем легче ей сорваться на чью-то голову.
Николай Ватин, д.т.н., профессор Санкт-Петербургского государственного политехнического университета:
«Значительно большую опасность представляют более дешевая реклама, устанавливая на фронтонах зданий, крышах. Их цена не высока, они делаются из подручного материала, по упрощенным проектам. Они представляют большую опасность».
Наталья Машкова, директор парка «Екатерингоф»:
«Появился небольшой наклон, появилась гниль – отслоение коры, прикорневая гниль – это первый признак того, что дерево является угнетенным».
А вот поломать деревья может не только традиционная петербургская погода, но и даже аномальная жара. Самыми опасными у специалистов считаются тополя. Они, во-первых, уже не молодые – сажали их в Петербурге сразу после войны. Во-вторых, они легко поддаются любой стихии. Среди всего городского лесопарка двадцать процентов деревьев в городе – это как раз тополя.
Наталья Машкова, директор парка «Екатерингоф»:
«Самые опасные тополя, конечно, считаются. Растут они главным образом вдоль каналов, улиц и там где машины паркуются. Если поражение больше пятидесяти процентов в диаметре – то дерево сносится».
11 июня, три часа дня, Коногвадрейский переулок, дом пять. В этот момент бетонные конструкции, которые, по сути, должны были держать реконструируемое здание, срываются и падают вниз – на шесть машин, припаркованных рядом. В одной из них находится Виктор Дмитриевский. В итоге у петербуржца черепно- мозговая травма, перелом позвоночника и шесть месяцев лечения. Виновников трагедии, даже спустя 6 недель, до сих пор не нашли.
Алексей Улищенко, и.о. руководителя следственного отдела по Адмиралтейскому району СУСК при Прокуратуре РФ по СПБ:
«Пока у нас есть очень большой круг лиц, которых мы отрабатываем. Смотрим договоры по организациям – кто за что отвечал. Только, проанализировав эти документы, мы можем говорить об обязанностях всех этих лиц».
И аномальная для города жара, которая стоит сейчас, может спровоцировать ряд неприятностей. Так, любители трамвайных путешествий по городу легко могут застрять во время своего маршрута. От жары плавится асфальт, в том числе и возле трамвайных путей. На ночь он засыхает, но образует асфальтовую корочку. Утром история вновь повторятся.
Владимир Рыбкин, водитель-инспектор трамвайного парка № 5:
«Вот это – сама корочка, она стояла засохшая, под температурой он поднимается и заливает все. Водитель разгоняется и начинает тормозить, а тормозить-то нечем, потому что на головке рельсов лежит слой гудрона».
В комитете по благоустройству и дорожному хозяйству о проблеме знают. Практически каждый час более двухсот машин курсируют по самым оживленным улицам города, обдавая ее прохладной влагой, тем самым спасая и дорожное полотно. Но таких водных процедур для городских улиц недостаточно – вся надежда на проливной дождь. Который, как мы уже знаем, тоже может принести большие неприятности.
