Эксперты считают, что белорусский кризис Петербургу, можно сказать, на руку. И так дешевые товары из соседней республики еще упали в цене. А отдых в Белоруссии стал еще популярнее. За десять российских рублей дают 1800 белорусских. А это две поездки в метро. Как переживают кризис в столице и отдаленных деревнях сравнил Роман Закурдаев.

Ничто так не постоянно в бытовой жизни этой молодой белорусской семьи как синий «цветок» российского газа на маленькой кухне съемной квартиры. В остальном рассчитывать на стабильность пока не приходится.

Он конструктор – машиностроитель. Она инженер водоканала. Семейный бюджет – 700 долларов в месяц. 200 американских отдают за квартиру. Остальную часть заработка Юлия и Виталий расходуют в режиме жесткой экономии.

Виталий Горшенев, житель Минска:

«Подорожали товары первой необходимости. Туалетная бумага, мыло, бритвенные принадлежности. Я бреюсь два раза в месяц. По случаю вашего приезда побрился сегодня. И это не шутки».

Там, где действующему президенту Белоруссии предрекают конец, уже разработана своя антикризисная программа. Оппозиция призывает к немедленным реформам и переходу к по-настоящему самостоятельной экономике.

Анатолий Лебедько, председатель Объединенной гражданской партии:

«Мы 18 лет под предводительством Александра Лукашенко упорно шли в тупик. И та система экономической модели, которая была создана, о которой столько восторженных разговоров в регионах России, на самом деле эта модель держится только при наличии финансовой подпитки извне».

В условиях жесточайшего финансового кризиса Минск продолжает сохранять внешнее благополучие. Безупречно чистые проспекты, общественный транспорт работает бесперебойно, на улицах по-прежнему многолюдно и, кажется, за всем этим не разглядишь и намека на то, что республика испытывает какие-то трудности.

На улицах Минска где-то среди баннеров патриотического содержания, красно-зеленых флагов можно заметить вот такой одиноко стоящий стул и бутылку минеральной воды. Это все, что осталось от огромных очередей у обменных пунктов валюты. Иностранных денег нет.

Сергей Чалый, независимый экономист:

«Для физических лиц валюту купить невозможно, потому что существует запрет с конца марта для продажи валюты для обменников коммерческим банкам. Этот сегмент рынка функционирует в режиме нулевого сальдо – сколько люди сдали, столько они могут и купить. Больше валюте взяться неоткуда».

Огромный амбар пока пустой. До сбора урожая еще рано. Фермер Андрей Андреев далек от столичного ажиотажа с валютой и привык следовать своему собственному экономическому курсу.

Андрей Андреев, фермер д. Мосар, Витебская область:

«Мы кризиса не слышали. Это в основном по телевидению. Если ты с долларом не завязан, то нормально себя чувствуешь. Смысл сейчас давать валютчикам заработать я не вижу. Это подстегивает неоправданный спрос. Людям не надо столько, сколько они берут впрок. Люди порой не хотят себе взять продуктов, а идут за долларом из-за того, чтобы он там лежал, чтобы эти деньги росли».

Экономическую обстановку в республике действующие власти официально кризисом не называют. Здесь предпочитают более мягкую формулировку – «возникшие трудности». Да и само население Белоруссии, кажется, еще до конца не определилось в своих оценках.

Дмитрий Петров, житель Минска:

«Кризис коснулся и нас. В первую очередь, валютный кризис. Валюты в обменниках не найти, а народ свои сбережения держит в валюте».

Зоя Дятчик, житель Минска:

«Нормально живем. Видите, я живая, хорошо одета, веселая. Мне нравится моя жизнь в Белоруссии».

Зато народный фольклор в условиях жесткой цензуры и официальной пропаганды особо тонко реагирует на общее настроение жителей суверенной республики.

Сергей, житель Минска:

«В Брюсселе есть памятник писающему мальчику. В Белоруссии решили установить памятник не писающему мальчику. Почему не писает? Потому что терпит».